В 1646 г. началась борьба за демо¬кратическое содержание революции.
Раз¬гром армии «кавалеров» дал возможность парламенту осуществить ряд
важ¬ных революционных преобразований. Тотчас же после битвы при Нейзби
парламент освободил всех дворян-землевладельцев от феодальных платежей,
вследствие чего они стали свободно владеть своей землей. Были
конфискованы земли у короля, его сторонников и епископов. Купцов
освободили от необходимости покупать разрешение на ведение торговли.
Церковь стала подчиняться парламенту.
В парламенте власть находилась в руках крупных лордов и купцов. Именно
они стали распоряжаться абсолютно всем — налогами, доходами,
должностями, монополиями и милицией. Их реформы уничтожали старый
порядок, открывали путь капиталистическому укладу.
А что получили те, кто своей кровью завоевал победу в гражданской
войне? Конфискованные земли поступали в продажу большими участками,
фермеры, арендаторы не могли участвовать в их покупке. Только 9% этих
земель попало в руки зажиточных крестьян, остальные были скуплены
буржуазией и новым дворянством. Крестьян не освободили ни от феодального
оброка, ни от церковной десятины. Фермеры, йомены, копигольдеры,
мастера, подмастерья, рабочие мануфактур увидели, что заседавшие в
палате общин «денежные мешки» обманули их надежды. «Мы,— говорилось в
жалобе, направленной депутатал!
парламента,— веря в вашу искренность, избрали вас в качестве своих
поверенных и защитников... а вы ограбили и разорили нас»- И это
действительно было так.
Длительная гражданская война не могла не привести в упадок хозяйство
страны. Порвались экономические связи между графствами, особенно тяжело
это отразилось на Лондоне — центре промышленности и торговли.
Затруднения в сбыте сукна привели к массовой безработице, кризис
переживало и сельское хозяйство. Следствием плохих урожаев 1646 и 1647
гг. явилось двойное повышение цен на пшеницу и мясо. Положение бедно-ты,
особенно в городах, стало ужасным. Зато обогащались чле-ны парламента.
Пресвитериане тоже не брезговали взятками, прикарманивали общественные
деньги.
Для пресвитериан к концу 1646 г. революция была уже завершена. Они и
короля согласны были принять с почетом, лишь ■бы он не возражал против
пресвитерианского церковного устройства и согласился сохранить за
парламентом контроль над милицией.
Джон Лильберн и левеллеры
Выразителями недовольства народных низов деятельностью «шелковых
индепендентов» и пресвитериан, заседавших в парламенте, были
левеллеры18, выражавшие устремления городских, преимущественно мелких
самостоятельных тружеников.
Одной из крупнейших фигур Великой английской буржуазной революции был
«свободнорожденный Джон» Лильберн. Как и Оливер Кромвель, по рождению он
принадлежал к нетитуло-ванному дворянству, воспитывался в пуританской
семье. Стрем-ление к справедливости заставило Лильберна бороться сначала
« абсолютизмом, а затем с парламентом.
Еще до революции Джон много сделал для распространения пуританских
идей в Англии. За это он в 1637 г. был отдан под ■суд. Ему предъявили
обвинение в печатании в Голландии пуританских книг и незаконном ввозе их
в Англию. Приговор Звезд¬ной палаты был жестоким: штраф в 500 ф. ст. и,
сверх того, би¬чевание плетьми и стояние у позорного столба. Между
Флит-"СКой тюрьмой и позорным столбом, установленным у Вестминстерских
ворот, на спину Лильберна обрушилось пятьсот ударов бича. После этого
истязания он должен был простоять два часа У позорного столба, к
которому его голова была прикреплена наде-пЬй на шею деревянной
колодкой. Но Джон сумел преодолеть боль и обратился к толпе с речью,
обличающей епископов. Его мужество потрясло лондонцев, и с этого дня
Лильберна 9тали называть «свободнорожденным Джоном». В тюрьме он
оставался вплоть до начала революции — созыва Долгого парлаМента. В тот
год ему исполнилось 25 лет.
