Второй период революции (10 августа 1792 г.— 1793 г.) часть 2
Среди санкюлотов Парижа огромной популярностью пользовался Марат. Жан Поль Марат — врач, отказавшийся от учения. Комфорт — бытовые удобства, благоустроенность жилища. Еще до начала революции он критиковал аристократию и феодальные порядки в стране. Но к народу Марат относился сложно — он его и любил, и презирал. Считал, что народ должен быть свободен, но им следует руководить. Ему нужен вождь, диктатор, который станет направлять народ, защищать его и судить. Парламентские комитеты, трибуны и споры вызывали у Марата улыбку сожаления — потерянное время. Но Марат не был роялистом. Власть диктатору должна даваться на время. Марат считал, что народ должен перебить всех своих врагов. Это необходимо для национальной безопасности. Широкую известность в Париже принесло ему издание газеты «Друг народа». Так его и прозвали бедняки — Другом народа. В газете Марат разоблачал предательство королевского двора, нерешительность крупной буржуазии. Он был прекрасным оратором, умел говорить с народом. Общепризнаны были смелость Марата и его непримиримость к врагам революции. Но революцию Марат понимал как стихийный народный бунт и народную расправу. Он призывал к террору. В декабре 1790 г. он писал на страницах своей газеты: «Перестаньте же напрасно терять время на обдумывание средств обороны, у вас остается только одно из них... всеобщее восстание и народная расправа. Начните с того, чтобы захватить короля, дофина и королевскую семью... пусть они отвечают за все своими головами. Отрубите затем без всяких колебаний головы контрреволюционным генералам, министрам и бывшим министрам... Перебейте без всякой пощады весь Парижский генеральный штат, всех депутатов Национального собрания... возможно, потребуется отрубить пять-шесть тысяч голов, но если бы даже пришлось отрубить двадцать тысяч, нельзя колебаться ни одной минуты...» Марат предлагал устранить крайности в имущественном неравенстве, но идею уравнения собственности не признавал, считая, что все люди от рождения разные по способностям, отношению к труду, активности, силе. Командующие армиями, многие офицеры были настроены контрреволюционно. Мария-Антуанетта еще до начала военных действий передала австрийцам план военной кампании; войска отступали под натиском противника. Возбужденные неудачами на фронте, парижане требовали немедленных изменений, возмущались королем. Жирондисты теряли свои позиции. На смену им поднимался новый слой — санкюлоты. Именно городская беднота, создала новый революционный орган — городской муниципалитет, или Совет Парижской Коммуны. Руково- дили его деятельностью якобинцы и члены клуба кордельеров. В этот момент нарастания революции в Париже стал известен манифест командующего армией интервентов герцога Брауншвейгского, который возвещал, что «соединенные армии намерены положить конец анархии во Франции: восстановить законную власть короля и покарать бунтовщиков». Манифест предупреждал, что если король и его семья подвергнутся малейшему оскорблению, Париж будет предан полному уничтожению. Это была попытка запугать народ. Взрыв произошел 10 августа. В полночь с 9 на 10 августа загудел набат. В предместьях Сент-Антуан и Сен-Марсо начался сбор батальонов Национальной гвардии и добровольцев. Около 20 тысяч повстанцов окружили королевский дворец. Восстание 10 августа — пример активности широких слоев народа. Не якобинцы начали его — санкюлоты. Король с семьей покинули дворец Тюильри и укрылись в Законодательном собрании. А в это время нападавшие штурмом брали дворец и после непродолжительной, но кровопролитной схватки одержали победу, потеряв убитыми и ранеными около 500 человек. В 11 часов утра, как только прекратилась пушечная стрельба, в Законодательное собрание явилась депутация от народа и потребовала немедленного отстранения Людовика XVI и созыва Национального Конвента. Не считаться с волей победившего народа было нельзя. Короля лишили власти и вместе с семьей заключили в тюрьму (замок Тампль).
