В числе дореволюционных экранизаций, отличавшихся серьез-ностью отношения к литературному первоисточнику и довольно высоким для того времени художественным уровнем,— фильм «Пико¬вая дама» (1916) Я. А. Протазанова. Сценарий на основе произведе¬ния Пушкина был написан самим режиссером, обладавшим к этому времени определенным кинематографическим опытом.
Обращение к русской классике и литературе народов СССР стало традиционным для советского кино с первых лет его существова¬ния. В 20-е годы экранизируются произведения Н. Гоголя («Ши¬нель» Г. Козинцева), Л. Толстого («Поликушка» А. Санина),
A. Герцена («Сорока-воровка» А. Санина), М. Горького («Мать»
B. Пудовкина), А. Толстого («Аэлита» Я- Протазанова), Б. Лавре¬
нева («Сорок первый» Я- Протазанова).
В период звукового кино 30-х годов в кинодраматургию прихо¬дят работать многие талантливые писатели. В их числе А. Толстой («Петр Первый» В. Петрова), В. Вишневский («Мы из Кронштадта» Е. Дзигана), П. Павленко («Александр Невский» С. Эйзенштейна), Н. Погодин («Человек с ружьем» С. Юткевича), В. Катаев («Белеет парус одинокий» В. Легошина).
В послевоенные годы в числе наиболее значительных экрани-заций фильмы по произведениям Л. Толстого («Война и мир» С. Бон¬дарчука, «Анна Каренина» А. Зархи), А. Пушкина (телефильм «Маленькие трагедии» М. Швейцера, мультипликационная трилогия по произведениям и рисункам поэта — «Я к Вам лечу воспоми¬наньем...», «...И с Вами снова я», «Осень» А. Хржановского), Н. Го-
телефильм «Мертвые души» М. Швейцера, мультфильм -ЫЦинель» Ю. Норштейна), И. Тургенева (телефильмы «Отцы и дети» 'Щь Никифорова, «Жизнь и смерть дворянина Чертопханова» В. Ту-Э|$>рва, «Гамлет Щигровского уезда» В. Рубинчика), А. Чехова («Нео¬конченная пьеса для механического пианино» Н. Михалкова, «По-етрыгунья» С. Самсонова), Н. С. Лескова («Левша» С. Овчарова). *. Особенно серьезным и глубоким было обращение к творчеству 'Шцекспира в экранизациях Г. Козинцева «Гамлет» и «Король Лир» и ,^ творчеству Достоевского в фильмах И. Пырьева. В экранизациях I ооизведений Достоевского «Идиот» и «Братья Карамазовы» й> Пырьев передал ощущение кризиса человеческого духа и надви¬гающейся мировой катастрофы, показал трагические потрясения •Человека, задающего своей совести крайние, предельные вопросы о смысле бытия. К «Преступлению и наказанию» обратился Л. Ку¬лиджанов.
Для Козинцева экранизация означала перевоплощение литера¬турного первоисточника. В своей ранней экранизации «Шинель» он стремился совместно с Л. Траубергом на основе сценария Ю. Тыня¬нова дать образ николаевской эпохи, показав трагическое одиноче¬ство человека в огромном холодном и парадном пространстве импе¬раторского Петербурга. Веря, что экран способен на большое обоб¬щение, режиссер стремился к такой глубине вчитывания, при кото¬рой образуется «бродильное начало замысла постановки». Талантли¬вый кинематографист, считал режиссер, стремится сделать литера-
турные образы как бы реально существующими, воссоздать их в пространстве и времени. Жизненная энергия режиссера как бы подключается к току образов писателя, и они живут новой жизнью. Козинцев считал, что от классики «люди людеют». Режиссер стре¬мился насытить жизнь литературных образов на экране электриче¬ством современной кинематографической энергии. В искусстве Шек¬спира, Гоголя, Достоевского ему были созвучны мысли и чувства, мощные пласты образности, поднятые страстью осмыслить жизнь, историю. Читатель особой эпохи, режиссер особой жизненной судь¬бы, Козинцеа .стремился 'в шекспировских трагедиях выразить свое понимание проблем мира.
Работа над шекспировскими экранизациями ассоциировалась у Козинцева с археологией — поиски шли вглубь, но тем больше они были связаны с современностью, с образом человека, создающего историю, и историей, создающей человека.
К произведениям Толстого, Достоевского, Чехова обращалось не только советское, но и зарубежное кино, причем нередко при экранизации менялись время и место действия, события переноси-лись в иную историческую и географическую среду. Талантливые кинематографисты доказывали право на это высоким уровнем своих произведений, значительностью их эстетических концепций. Так, А. Куросава перенес в Японию события пьес Шекспира («Замок паутины» по «Макбету», «Ран» по «Королю Лиру»), Достоевского («Идиот»), Горького («На дне»).
Советская литература очень много дала кинематографии. Экра¬низированы многие крупные произведения советских писателей: М. Горького («Васса» Г. Панфилова), М. Шолохова («Тихий Дон» С. Герасимова, «Судьба человека», «Они сражались за Родину» С. Бондарчука), Б. Лавренева («Сорок первый» Г. Чухрая), А. Фа¬деева («Молодая гвардия» С. Герасимова), В. Быкова («Восхожде¬ние» Л. Шепитько), Ч. Айтматова («Белый пароход» Б. Шамшиева), Г. Леонидзе («Древо желания» Т. Абуладзе), А. Адамовича («Иди и смотри» Э. Климова) и др.
На протяжении всех лет развития кино идут дискуссии и споры о принципах экранизации, о способах воплощения на экране лите¬ратурного художественного образа. Крайние позиции здесь зани¬мают так называемые «адепты буквализма», стремящиеся к макси¬мально подробному, точному экранному прочтению книги, и сторон¬ники экранизации «по мотивам», позволяющей режиссеру подчас очень свободно отступать от первоисточника. Подлинно творческая экранизация несовместима с буквалистским, иллюстративным про¬чтением книги страница за страницей. Фильм-подстрочник, создан¬ный при помощи так называемой читающей камеры, способен передать на экране лишь букву, но не дух литературного первоисточ¬ника. Талантливое экранное прочтение книги предполагает как ува¬жение к образной системе литературного первоисточника, так и соз¬дание на его основе нового экранного произведения.
Экранизация—это принципиальное инобытие литературы. Фильм находится в сложных отношениях с книгой. С одной стороны,
оплощает образную структуру литературного произведения с обя-;-утьным привнесением нового режиссерского видения. С другой — >р литературного произведения как бы присутствует внутри этой 1вй экранной трактовки. Образуется диалог двух авторов, а треть¬его соучастником становится зритель, имеющий возможность (Оставить образную структуру книги и фильма, полнее ощутить -еобразие литературных образов в сопоставлении с их экранной Ш^ктовкой. Талантливые экранизации обогащают наше представле-|||te о поэтике литературных образов, расширяют поле воздействия а^дожественной литературы, включают самую широкую аудиторию в ($|рю высокой художественной культуры.
