Документальное кино — основа для создания кинобиографий (1969 )
Г. Г.: Вы недавно сказали, что теперь при создании доку-ментальных фильмов недостаточно использовать редкие кадры, сенсационные по содержанию. Сейчас важнее самое трудное для документалиста — умение драматургически мыслить. Можно ли считать это вашим кредо в эстетике документального кино?Б. Д.: Да, однако надо смотреть глубже, здесь целый комплекс проблем. На мой взгляд, лишь тогда можно будет творчески и социально осмыслить иконографический мате¬риал, относящийся к событиям мировой истории, когда и в документальном кино будет освоен метод психологического анализа, когда мы поймем подспудные, основополагающие мотивы' человеческого бытия, научимся отображать харак¬теры, хотя палитра наших возможностей несравненно скром¬нее, чем в игровом кино. Выразительные средства, которыми мы располагаем, аскетически строги. Мы не можем заставить наших героев, взятых в их реальном окружении, играть перед камерой, не можем возродить к жизни прошлое с помощью декораций, как это делает игровое кино. Да и зачем нам мериться с ним силами? Для нас важно, что при отборе фактов, при создании композиции документальных фильмов мы не просто констатируем события, но и выражаем в них художественные и социальные концепции. Документальные фильмы должны, подобно художественным, быть страстными и эмоциональными, они не должны походить на передовицы или доклады.
Г. Г.: Хотелось бы выслушать мысли автора, открывшего для себя жанр биографического документального кино, воз¬вестившего здесь, в Лейпциге, о новом значении времени; ведь в этом жанре ваше драматургическое мышление, которое вы считаете необходимым условием работы над подобными фильмами, создало, я бы сказал, новое эстетическое про¬странство. Согласны ли вы со мной?
Б. Д.: В начале 60-х годов мои интересы действительно обратились к «поджанру» документального кино (так назы¬вали это тогда) — к биографии, кинопортрету. Сегодня в этом отношении все сильно изменилось. Должен признаться, что меня отнюдь не удовлетворяло то, чем я ранее занимался — а я, что ни говори, участвовал в создании более тридцати короткометражных фильмов. Не думаю, что и зрителя пол¬ностью удовлетворяли те картины.
Однако в фильмах о Джоне Риде («Это стоило того, Джек!») и «Вторая родина» (о судьбах детей эмигрантов-республиканцев, вывезенных из Испании и выросших в СССР) я впервые попытался вырваться из «заколдованного круга» банальных способов построения кадра, привычного сюжета и знакомых оценок. Я попытался рассказать о своих героях естественно и насыщенно и при этом использовать совершен¬но свободную композицию. Я все больше убеждался, что многие «запреты» в кинодокументалистике совершенно не
обоснованы, что в области психологического портрета, с точки зрения восприятия человеческой индивидуальности, для сце-нариста и для режиссера документальных фильмов практи¬чески нет «запретных зон». Личность человека — вот самое важное, самое ценное в документальных очерках о реальных героях. Но как выразить это на экране без помощи актеров? Плодом размышлений над этими проблемами стал сценарий фильма «Воспоминания о Чкалове». Снял его режиссер Виктор Лисакович, получивший известность здесь, в Лейпциге, благодаря своему фильму «Катюша».
