После 1968 года структура цензуры не изменилась, но она больше не осмеливалась признавать свои функции. Политические деятели стыдились своей деятельности, ста¬раясь оставаться в тени. Министр культуры Эдмон Мишле:
«Защита детства и юношества есть долг, от которого государство не может отречься; в противовес этому представляется немыслимым возврат к политической цензуре, упраздненной во Франции много лет на¬зад...»1 А директор Национального центра кинематографии Андре Асту заявил 31 октября 1969 года:
«Комиссия по цензуре подчиняется в настоящее вре¬мя министерству по делам культуры. Но я отказы¬ваюсь брать на себя ответственность за эту цензуру... Я возглавил Центр не для того, чтобы ведать там по-лицией. Это претит моему характеру либерала». Когда некая дама в статье, опубликованной в «Монд» в ноябре 1968 года, оплакивала снисходительность цензо-ров, которые допустили выход на экран «Арестантки» Ан-ри-Жоржа Клузо, это вызвало в основном насмешки. (Ма¬дам Латиль-Ле Дантек писала: «Подобное решение знаме¬нует собой еще одну степень эскалации порока, характер¬ного для современного кино».) Ее выпад оставил всех равнодушными, очевидно, определенный вид цензуры окончательно умер.
Однако власти по-прежнему располагали достаточно эффективными и одновременно не бросающимися в глаза средствами (экономическими или административными) давления на кино. Тут и разного рода проволочки, как, на¬пример, маневр, задержавший выход фильма «Красная свадьба» Клода Шаброля до окончания избирательной кампании; тут и запреты на проведение натурных съемок (Иву Буассе пришлось ехать в Женеву для съемок эпизодов фильма «Покушение», которые ему не разрешили сделать в парижском аэропорту), а главное, финансовые притесне¬ния, подобные неожиданному замораживанию аванса, предоставляемого Объединением для финансирования ки¬нопромышленности (UFIC). Из-за этого на несколько не-
дель были приостановлены осенью 1972 года съемки филь¬ма «Нет дыма без огня» Андре Кайата. Будучи адвокатом, Кайат выступил в свою защиту на страницах «Монд» 24 ноября 1972, ясно изложив собственное дело:
«Разрешение на проведение съемок было выдано по¬сле представления в Национальный центр кинемато¬графии досье с материалами относительно финанси¬рования проекта фильма. Финансовое положение фильма «Нет дыма без огня» считалось надежным. Мы с продюсером... располагали перед началом ра¬боты максимальными гарантиями, включая договор с Генеральным кинематографическим объединением на три миллиона франков. Эти три миллиона дол-жны были выплачиваться по предъявлении стандарт¬ной копии фильма, которую намечалось подготовить к 31 марта 1973 года. По условиям договоров продю¬сер может получить часть денег до истечения срока съемок; моему продюсеру достаточно было двух миллионов франков, и он обратился с просьбой о предоставлении аванса на эту сумму в Объединение для финансирования кинопромышленности. Офи¬циально это Объединение представляет собой част¬ное заведение, единственный смысл существования которого заключается в содействии производству фильмов в качестве промежуточной финансовой ин¬станции. Однако эта организация находится под го¬сударственным контролем, и два национализиро-ванных банка (Лионский кредитный банк и Париж-ский национальный банк) занимают там решающие позиции. На основании поручительства на два мил-лиона франков, представленного Объединением для финансирования кинопромышленности, Нацио-нальный центр кинематографии передал наше досье в комиссию, которая дает согласие на запуск в про¬изводство. Предварительное согласие было дано; и вдруг председатель цензурной комиссии, который по своему положению входит в состав комиссии, утвер¬ждающей запуск в производство, и присутствует в ка¬честве наблюдателя на ее заседаниях, потребовал, чтобы сценарий (с которым он ознакомился) был представлен на предварительную цензуру. Вслед за этим Национальный центр кинематографии напра¬вил продюсеру письмо с извещением о том, что ввиду требования о предварительной цензуре он вынужден приостановить выдачу предварительного разреше¬ния. Объединение для финансирования тут же отказа¬лось выдать аванс, ссылаясь, разумеется, на цен¬зурные трудности, которые могли у нас возникнуть и соответственно помешать сдать в установленный срок стандартную копию, завизированную Комис¬сией по контролю, то есть, в конечном счете, ссы¬лаясь на то, что мы не сможем реализовать договор с Генеральным кинематографическим объедине¬нием». Вот где настоящая цензура. Точнее, вот где эффектив¬но осуществляется определенная форма политической власти. Тем не менее неожиданности могут порой слу-чаться.
