A ma soeur! Или же Fat Girl, Франция-Италия, 86 минут. Режиссер;Катрин Брейя. Звезды: Анаис Ребуа, Роксана Мескюда, Арсине Ханджян
О ЧЕМ это. О первых сексуальных опытах юной красавицы (сцены такие, что покраснеют Патрис Шеро со своим «Интимом» и сам маркиз де Сад) и ее младшей некрасивой сестре-толстушке, кото¬рая казалась совсем ребенком, так что красавица не постеснялась пригласить к себе мальчика, деля во время итальянского отдыха с сестрой одну комнату. Сестра-красавица фигурой и лицом явно пошла в мать. В кого пошла ее сестра-толстушка - неведомо. Как неожиданно выяснится в финале, когда все трое - мать и сестры -возвращались домой во Францию на машине и на них во время стоянки напал маньяк, толстенькая девочка, возможно, давно ощущала себя взрослой женщиной. И оказалась единственной, для кого маньяк был кстати. Похоже, эта девочка тайно ненавиде¬ла красивых, ненароком подавляющих ее старшую сестру и мать. Кстати, вдруг понимаешь, кто именно был главным героем фильма: не красавица, а девочка-чудовище.
Что в этом ХОРОШЕГО. Единственный раз во всей книге мы поощря-ем конкретный фильм (впрочем, неординарный) не только ради него самого, но и ради его режиссера. Писать о кино последнего десятилетия и проигнорировать Катрин Брейя, вызывающую в кри-тической массе Европы эмоции от омерзения до восторга, было бы нелепо. Тем более что ее фильмы именно в 2000-е пришли в Россию и имеют своих поклонников.
Брейя всегда умела наносить пощечины общественному вкусу. «Моя сестра» (первый ее фильм, появившийся у нас после знамени¬того «Романса X») укоренил в среде критиков и киноманов ненор¬мальный взгляд на Брейя как на оголтелую феминистку, ненави-дящую род мужской. И впрямь: вроде бы нет никого хуже в «Моей сестре», чем мужчины. Они мелкие эгоисты либо крупные своло¬чи. Мерзкий итальянский мальчик, залезший в койку к старшей красавице сестре, ведет себя как избалованный маменькин сынок, наконец-то дорвавшийся до женского естества. В картине есть и другой потрясающий эпизод, заставляющий трактовать ее как феминистскую: мать и две ее дочери едут по трассе в Париж, и их машину все время зажимают траки, иногда не оставляя ей вообще никакого простора. Снято - здорово. Вскоре у тебя как зрителя возникает ощущение тревоги. При этом ясно, что траки из-за своей вытянутости, внешней крутизны - символы мужского начала и при¬митивного мужского давления.
Но Брейя гораздо сложнее, а кого она не любит сильнее - мужчин или женщин - еще большой вопрос. В «Романсе X», при всех феми¬нистских монологах, героиня в итоге спокойно убивала. Вышед¬ший в мире (и у нас) после «Моей сестры» фильм Брейя «Узкий пролив» вообще был про суку - прикидывающуюся жертвой мужа (для самооправдания) благополучную мать буржуазного семейства, которая просчитанно находит свое маленькое удовольствие -скромного, неопытного мальчика - во время паромной переправы Бретань - Британия.
Последний шокирующий фильм от Брейя (у нас - «Порнократия», в европрокате - «Анатомия ада») окончательно позволил понять, что тема Брейя отнюдь не феминизм. И даже не то, что именуют войной полов. Тема Брейя - трагедия разделения человечества на полы. В отношениях полов Брейя усматривает обоюдную неволю, порождающую агрессивное взаимонепонимание. А ведь никто, кроме нее, эту тему в кино последовательно не исследует!
УДАРНЫЙ ЭПИЗОД. Три: секс в девичьей комнатушке, скрытая агрес¬сия траков и нападение маньяка.
