Love Actually. Великобритания-США, 130 минут. Режиссер Ричард Кёртис. Звезды: Хью Грант, Лайем Нисон, Кира Найтли, Роуэн Аткинсон, Эмма Томпсон, Алан Рикмен, Колин Фёрт, Лора Линии, Билли Боб Торнтон, Билл НайиО ЧЕМ это. Британский вариант нашей «Иронии судьбы» - другое дело, что в фильме очень много переплетающихся любовных исто¬рий, одновременно анекдотических и романтических. Все драмы и комедии разрешаются - или, кстати, не разрешаются - в канун Рождества, когда, безусловно, происходило бы и действие «Иронии», сними Рязанов свой фильм в несоветские времена и будь наше Рож¬дество праздником столь же светским, как на Западе.
Рождество - это прекрасно. Это так же прекрасно, как секс. Правда, секс все-таки прекраснее. Зато Рождество случается чаще. Но это из другого английского анекдота про супружескую пару аристократов. В «Реальной любви», как ни странно, ни одного аристократа нет. Зато есть: новоиспеченный британский премьер-министр (уга¬дайте с трех раз, кто его играет: Нисон, Мистер Бин-Аткинсон или Хью Грант), стыдящийся своего внезапного влечения к секретарше. Его старшая сестрица, резонно подозревающая мужа в симпатиях к молодой сослуживице. Писатель-детективщик, втюрившийся, пока сочинял повесть во Франции, в домработницу-португалку (беда в том, что он уехал, не объяснившись, поскольку он не бельме-са по-португальски, а она ни бум-бум по-английски). Пара киноду¬блеров, которые заменяют звезд в самых голых постельных сценах, но за кадром столь застенчивы, что не решаются пригласить друг подружку в кафе. Etc.
Что в этом ХОРОШЕГО. Одна из причин безумного успеха фильма в Британии, безусловно, политическая. В «Реальной любви» есть эпизод с приездом американского президента-хама, которого изображает Билли Боб Торнтон. Этот Билли супер-Боб настолько полюбил сниматься в так называемых гостевых ролях и делает это столь вдохновенно (вспомните его мнимого техасского миллиар¬дера в «Невыносимой жестокости» братьев Коэнов), что только ради него стоит учредить новый «Оскар» за «лучшее исполнение госте¬вой роли». Но английскую публику явно привлек не его талант, а тот факт, что британский премьер (расколюсь: конечно, его изображает Хью Грант) прилюдно отбривает заморского хама. Разозлился-то премьер, конечно, из-за бабы: штатовец, привыкший - надо пола-гать - к полной вседозволенности в своем Овальном кабинете, тут же полез к той самой секретарше, при виде которой скромняга-премьер лишь мучительно краснеет. Но повод не важен. Главное: когда штатовский лидер со своей бессменной белозубой улыбочкой
безапелляционно заявляет перед телекамерами, что Британия безусловно разделит позиции США (по какому вопросу, остается за кадром), премьер-Грант смущенно, с шуточками, но гордо отвечает: мы, мол, не позволим Америке диктовать нам свои правила. «Мы маленькая, но великая страна: страна Шекспира, Черчилля, «Битлз», Гарри Поттера, правой ноги Бэкхема, левой ноги Бэкхема... » Не важ¬но, что в реальности Блэр прогнулся под Клинтоном с Бушем: Бри¬тания взяла убедительный политреванш на большом киноэкране.
Но всемирное обаяние «Реальной любви» придает, однако, не британский патриотизм, а то, что фильм в целом - приятнейшая английская штучка. Американские романтические комедии при¬торны, как патока. «Реальная любовь» сладка, но не приторна. Даже эпизод, когда британский премьер по просьбе детей вынужден фальшивым голосом запеть рождественскую песенку, и тот выгля¬дит забавным. Даже финальные, вроде бы голливудские выходы (еще две гостевые роли) Дениз Ричарде и Клаудии Шиффер - и те кажутся режиссерской находкой.
В конце концов, перед Рождеством и надо смотреть именно такие фильмы - это правильное поведение, теперь и у нас. Другое дело, что главным Рождеством у нас по-прежнему остается Новый год и что как самое прекрасное явление в жизни он ассоциируется в России не столько с сексом, сколько с выпивкой.
УДАРНЫЕ ЭПИЗОДЫ. Долгий танец премьера Гранта под рок-н-ролл, смешной вставной эпизод с участием Мистера Бина, изображаю¬щего зануду-продавца рождественских подарков, перформансы с матом на грани фола, которые вытворяет в телестудиях старею¬щий рок-певец, чья дурацкая песенка вдруг вернулась на вершину хит-парада.
