Eastern Promises, Великобритания-Канада-США, версии 96 и 100 минут.
Режиссер-Дэвид Кроненберг. Звезды: Вигго Мортенсен, Наоми Уотте, Венсан Кассель, Армии Мюллер-Шталь
О ЧЕМ это. О русской мафии в Лондоне. Не какой-нибудь там под-московной шушере, метнувшийся на Запад в криминальные 1990-е и начавшей делить территорию с китайцами, а о настоящих «ворах в законе» и интригах внутри их лондонского отделения.
Что в этом ХОРОШЕГО. Сложности. Выйди «Порок на экспорт» до полониевого скандала, он, наверное, воспринимался бы как чистое кино. Теперь же, понятно, может показаться, будто Кронен¬берг умышленно продолжает нагнетать страсти и пугать Лондон нашествием опасных русских. И вообще чуть ли не играет в поли¬тические игры, ухудшая имидж России на Западе, и без того не блестящий.
На всякий случай стоит заметить, что автор этих строк был в 1990-е едва ли не единственным, кто резко писал о том, как Голливуд без-застенчиво лупит по образу новой России, врет про то, что главные мировые террористы и те русской национальности и т.д.: вспомним «Золотой глаз», «Святого», «Чистильщика», «Миротворца» etc. Одна из тех статей даже породила бурную дискуссию и идеологический раскол в среде русской эмиграции. Это я к тому, чтобы какой-нибудь дурак не обвинил меня теперь в оголтелом антипатриотизме.
Фильм Кроненберга, на мой взгляд, нас не преследует. Хотя рус-ская мафия и сушит феном замороженный труп (но тоже братка), чтобы было легче отрезать ему кусачками пальцы (и затруднить полиции его опознание), а также поставляет в Лондон несовершен¬нолетних секс-рабынь, она не выглядит монструозной. Эта мафия -гораздо мерзее в тех многочисленных зарубежных фильмах, где она появляется на обочине сюжета в качестве «плохих парней». И гораз¬до примитивнее - в многочисленных отечественных сериалах. Где братков, кстати, в тысячи (!) раз больше, чем у Кроненберга: обви-няйте его после этого в русофобии.
Опять же не сказать, чтобы русская мафия казалась в «Пороке на экспорт» какой-то сверхопасной для Лондона. И вообще сверх¬могущественной. Банковскую систему она не контролирует. Всю безраздельно лондонскую проституцию - или весь наркотрафик -тоже. Она занимается своими прибыльными, но частными делами. Если мочит, то тоже лишь тех, с кем пересекается по нелегальному бизнесу. Ни один коренной лондонец на экране не пострадал.
Вместе с тем Кроненберг выполнил культурологическую задачу. Он первым совершил серьезное типологическое исследование
русской мафии за рубежом. И тем самым вольно или невольно ее мифологизировал, наконец-то поставив в ряд с уже давно мифоло¬гизированными коза нострой, якудзой, триадами. Фактически он снял фильм-параллель к «Крестному отцу». Финальный кадр с при-шедшим к власти персонажем Вигго Мортенсена - прямая цитата из «Крестного отца». Еще: Кроненберг предоставляет нам крайне интересную информацию. Похоже, он знает ситуацию с русской мафией на Западе лучше, чем мы. Что вообще мы знаем о наших на Западе? Что-то о диаспоре. Что-то - об олигархах-отступниках. Что-то - о футбольных и сотби-покупках олигархов верноподдан¬ных. Но лично я ничего не знаю о деятельности на Западе «воров в законе» - настоящей традиционной российской преступности. У нее и впрямь есть западные подотделы? Кроненберг сделал фильм об одном таком конкретном подотделе, о русской воровской культу¬ре. И я искренне не понимаю, почему надо считать, будто он таким образом стремился выразить свое отношение к русским и России вообще - тем более что в фильме много и хороших наших.
В конечном счете Кроненберг продолжил в «Пороке на экспорт» свою любимую тему - исследование мутаций. «Порок на экспорт» -о мутации криминального мира. О том, как восточноевропейские криминальные миры мутируют в западном - том же лондонском -окружении, а восходящие к древним традициям воровские ритуалы и законы примеряют себя к цивилизованным строгостям.
УДАРНЫЙ ЭПИЗОД. Сцена битвы голого Мортенсена с двумя одетыми в кожу кавказцами, которые пришли резать его в баню (Мортенсена подставили, выдали за другого), может войти в разряд классиче¬ских.
