Iklimler, Турция-Франция, 97 минут. Режиссер Нури Бильге Джейлан. Звезды: Эбру Джейлан, Нури Бильге Джейлан О ЧЕМ это. История расставания в трех главках. Ему - сорок с хвостиком. Ей - едва ли тридцать. В первой главке он в дни летней поездки к морю вдруг говорит, что намерен ее оставить. Во второй вольготно чувствует себя поздней осенью в Стамбуле, не очень напрягаясь в университете, где преподает, и временно вернувшись к одной из прежних любовниц. В третьей импульсивно приезжает к той, которую бросил в первой главке, зимой на турецкий север, где, оказывается, снега по колено: она - художница в телегруппе, снимающей там сериал. Видимо, она только-только отошла от разрыва и наладила жизнь без него, но он уговаривает ее начать сначала. Хватает бессонной ночи, чтобы она пришла от «нет» к «да» и убедила себя бросить работу и уехать с ним. События, однако, раз-виваются не как в кино, а как в жизни.
Что в этом ХОРОШЕГО. Каждые две-три минуты фильм изумляет ловушкой-придумкой. Он на пляже засыпает ее тело песком, она смеется - но вдруг начинает горстями кидать песок ей в глаза, зака¬пывать ее с головой (оказывается, это был ее сон). Он в одиночестве репетирует, как бы произнести «нам пора расстаться» - и вдруг мы видим, что она за его плечом: он ей все это уже говорит. Они воз¬вращаются с пляжа на мотороллере (она восприняла сообщение о разрыве с холодным лицом) - и тут она срывается, хватает его сзади за голову, закрывая ему глаза - и они на полном ходу падают, по случайности не разбившись. Эпизод явно снимался натурально: вот с каким риском делается настоящее кино.
Всякого, кто считает Турцию типичной мусульманской страной (хотя она вообще-то светская), удивит уже то, что герои выглядят и ведут себя как европейцы. Что нравы раскованны, женщины курят - действие происходит в среде интеллектуалов. Заодно невольно отмечаешь, как богато живут в Турции университетские профессора - особенно на фоне наших, из числа тех, кто не берет взятки и не считается престижным репетитором.
Но еще сильнее поражает психологическая филигранность «Времен года». Фильм в русском варианте заслуживал бы названия «Настроения» (оригинальное «Климаты» можно интерпретировать и так). Он и впрямь о меняющихся - да, как климат или времена года - настроениях. Герой сталкивается со своими давними друзья¬ми, мужчиной и женщиной, судя по всему, любовниками. В следую¬щем эпизоде мы видим, как он вечером зачем-то подкарауливает эту
женщину у ее дома. Пяти секунд и перекрестья взглядов достаточно для этого, чтобы понять, что у этих двоих своя отдельная история взаимоотношений. Что они тоже были любовниками, что она не слишком молода (это видишь только на крупном плане) и, скорее всего, он оставил ее ради юной. Очевидно, ради той, которую, в свой черед, бросил в первой новелле. Во взгляде женщины при этом читается: «Ну вот, все уже про вас знаю! Что, случайно встретил и испытал мимолетную ностальгию по прежней постели?.. Ладно уж, заходи!»
Последняя главка окончательно расставит акценты. «Време¬на года» - очень антимужской фильм, хотя сам режиссер играет главного героя, причем обаятельно. Он о том, что женщина всегда совершает ошибку, когда верит, будто мужчина к ней возвращает¬ся. Мужчина же просто любит иногда попечалиться по прежним возлюбленным, пощипать старые чувства, взрыднуть на плече -и, успокоившись, утром слинять окончательно. Не заботясь о том, что взбудоражил женщину надеждой, вновь заставил поверить и вновь обманул.
Спросите меня: какой фильм достоин звания «Мужчины и женщи¬ны» 2000-х? Этот.
Сложности. Несмотря на то что у нас уже известна турецкая культура (популярен, например, писатель Орхан Памук), публику непросто убедить смотреть турецкое кино. Даже если режиссера, как Нури Бильге Джейлана, называют то «турецким Антониони», то «турецким Тарковским».
УДАРНЫЙ ЭПИЗОД. Совсем уже невероятная для восточного кино подробная любовная сцена между главным героем и встреченной им во второй новелле экс-любовницей. Поначалу кажется, будто он ее насилует.
